Утвержден постановлением Президиума Ивановского областного суда
от « 4 » февраля 2021 года

О Б З О Р
законодательства и судебной практики Ивановского областного суда
за четвертый квартал 2020 года 
1.      Нормативные акты
Законы Ивановской области
О внесении изменения в статью 1 Закона Ивановской области «О величине прожиточного минимума пенсионера в Ивановской области на 2021 год»
№ 73-ОЗ
От 25.11.2020 г.

О внесении изменений в Закон Ивановской области «Об административных правонарушениях в Ивановской области»
№ 75-ОЗ
От 30.11.2020 г.

О внесении изменений в законы Ивановской области «О ежемесячной денежной выплате семьям на третьего и последующих детей» и «О дополнительных мерах государственной поддержки семей с детьми на территории Ивановской области»
№ 81-ОЗ
От 21.12.2020 г.

О перечне законодательных актов Ивановской области (статей, отдельных пунктов статей, подпунктов, абзацев), действие которых отменяется или приостанавливается на 2021 год и на плановый период 2022 и 2023 годов
№ 86-ОЗ
От 23.12.2020 г.

Указы Губернатора Ивановской области
 
Об установлении величины прожиточного минимума на душу населения и по основным социально-демографическим группам населения в Ивановской области за Ш квартал 2020 года.
№ 139-уг
от 16.10.2020 г.

О внесении изменений в указ Губернатора Ивановской области от 14.09.2015 № 146-уг «О порядке организации льготного проезда граждан с использованием социальной карты жителя Ивановской области»
№ 167-уг
от 17.12.2020 г. 

О внесении изменения в указ Губернатора Ивановской области от 26.02.2004 № 19-уг «О мерах по социальной поддержке многодетных семей»
№ 168-уг
от 17.12.2020 г.
  
СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ
(апелляционная инстанция)

1. Неверное определение судом срока для обращения осужденного с ходатайством об условно-досрочном освобождении явилось основанием для отмены постановления судом апелляционной инстанции и прекращения производства по ходатайству осужденного. 

Постановлением Кинешемского городского суда Ивановской области от 08 октября 2020 года осужденному Ц. отказано в удовлетворении ходатайства об условно-досрочном освобождении.
Однако, суд апелляционной инстанции не согласился с обоснованностью принятия к рассмотрению судом ходатайства осужденного Ц. об условно-досрочном освобождении.
В обоснование своих выводов суд апелляционной инстанции со ссылкой на положения п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 апреля 2009 года  № 8 «О судебной практике условно-досрочного освобождения от отбывания наказания, замены неотбытой части наказания более мягким видом наказания» указал, что для определения того обстоятельства, возникло ли у осужденного право на обращение в суд с ходатайством об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания, суду первой инстанции необходимо было исходить из отбытия осужденным половины срока принудительных работ, назначенных ему по постановлению Кинешемского городского суда Ивановской области от 10 марта 2020 года.
На момент обращения осужденного с ходатайством в июле 2020 года и его рассмотрения указанный срок отбыт не был. Следовательно, ходатайство Ц. об условно-досрочном освобождении не могло быть рассмотрено, а в случае его принятия судом производство по нему подлежало прекращению.
Суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что, рассмотрев ходатайство осужденного по существу, суд первой инстанции неверно применил уголовный закон и допустил существенное нарушение уголовно-процессуального закона.
Апелляционное постановление по делу № 22-2470/2020

2. Изменив в соответствии с ч. 6 ст.15 УК РФ категорию преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, на преступление средней тяжести, суд первой инстанции не учел положения ч. 6 ст. 88 УК РФ, предусматривающей запрет на назначение наказания в виде лишения свободы несовершеннолетнему осужденному, совершившему в возрасте до 16 лет преступление средней тяжести впервые.

Приговором Кинешемского городского суда Ивановской области от 28 июля 2020 года несовершеннолетний Р. осужден по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ к лишению свободы сроком на 1 год 6 месяцев условно с испытательным сроком на 1 год с возложением обязанностей, указанных в приговоре.
Правильно определив все юридически значимые обстоятельства, влияющие на определение вида и размера наказания, суд первой инстанции в нарушение требований Общей части Уголовного кодекса РФ, предусматривающей запрет на назначение в виде лишения свободы несовершеннолетнему осужденному, совершившему в возрасте до 16 лет преступление средней тяжести впервые, назначил Р., совершившему впервые в 14-летнем возрасте преступление средней тяжести, наказание в виде лишения свободы.
Принимая во внимание применение судом положений ст. 73 УК РФ, которые не оспорены стороной обвинения, судебная коллегия по уголовным делам Ивановского областного суда, согласившись с доводами прокурора, пришла к выводу о необходимости применения при назначении наказания Р. положений ст. 64 УК РФ и назначении наказания в виде исправительных работ.
В этой связи судебная коллегия с учетом возможности назначения наказания осужденному без его реального отбывания определила изменить приговор суда и назначить Р. за преступление, предусмотренное п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, с применением ст.ст. 64 и 73 УК РФ наказание в виде исправительных работ сроком на 6 месяцев условно с испытательным сроком 1 год с удержанием 10 % заработной платы осужденного в доход государства.
Апелляционное определение по делу № 22-1940/2020

3. Учет при назначении наказания факта привлечения лица к административной ответственности за совершение административного правонарушения, которое является составообразующим по инкриминируемому ему уголовно наказуемому деянию, является неправомерным. 

Приговором Фрунзенского районного суда г. Иваново от 19 августа 2020 года К. осужден по ч. 1 ст. 157 УК РФ к 4 месяцам исправительных работ с удержанием 5 % заработной платы в доход государства.
При назначении наказания суд первой инстанции учел в качестве характеризующего личность осужденного обстоятельства привлечение его ранее к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 5.35.1 КоАП РФ.
С данным выводом суда не согласился суд апелляционной инстанции, мотивировав свое решение следующим.
Квалифицирующим признаком преступления, предусмотренного ч.1 ст. 157 УК РФ, является «неоднократность» неуплаты родителем без уважительных причин в нарушение решения суда средств на содержание несовершеннолетнего ребенка, выразившаяся в совершении им деяния, будучи привлеченным к административной ответственности за неуплату  средств на содержание несовершеннолетнего ребенка по ч.1 ст.5.35.1 КоАП РФ.
При назначении К. наказания судом повторно было учтено его привлечение к административной ответственности за неуплату средств на содержание несовершеннолетнего ребенка по ч.1 ст.5.35.1 КоАП РФ.
Иных сведений о привлечении К. к административной ответственности, помимо отраженных в его обвинении, в материалах дела не имеется.
При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что указание при назначении наказания об учете привлечения К. к административной ответственности по ч.1 ст.5.35.1 КоАП РФ, подлежит исключению из описательно-мотивировочной части приговора, а назначенное наказание - соразмерному снижению.
Апелляционное постановление по делу № 22-2140/2020

4. При назначении наказания и определении вида исправительного учреждения, в котором следует отбывать наказание обвиняемой, суд первой инстанции обосновал выбор исправительного учреждения только обстоятельством отбывания осужденной ранее лишения свободы, а не тяжестью совершенного преступления, что противоречит положениям п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ.  

Приговором Вичугского городского суда Ивановской области от 03 сентября 2020 года ранее судимая М. осуждена по ч. 1 ст. 157 УК РФ к лишению свободы на срок 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.
Суд апелляционной инстанции не согласился с определенным судом видом исправительного учреждения, в котором осужденная должна отбывать наказание, - исправительная колония общего режима.
Как указал суд второй инстанции в постановлении, назначая М. для отбывания наказания исправительную колонию общего режима, суд первой инстанции сослался на ст. 58 УК РФ (без указания части и пункта статьи) и то обстоятельство, что осуждённая является лицом, ранее отбывавшим лишение свободы.
Между тем по смыслу уголовного закона вид исправительного учреждения, в котором осужденным-женщинам надлежит отбывать наказание, зависит от тяжести совершённого преступления, а не от того обстоятельства, что они ранее отбывали лишение свободы.
Поскольку М. совершено преступление небольшой тяжести, при определении вида исправительного учреждения суду надлежало руководствоваться положениями п.«а» ч.1 ст. 58 УК РФ, которые предусматривают назначение в качестве вида исправительного учреждения исправительной колонии общего режима лишь с учётом обстоятельств совершения преступления и личности виновного, с указанием мотивов принятого решения.
Однако судом таких мотивов принятого решения не приведено, а само по себе указание на ранее имевшее место отбывание М. наказания в виде реального лишения свободы достаточным обоснованием необходимости назначения ей более строгого вида исправительного учреждения не является.
С учетом изложенного суд апелляционной инстанции принял решение об изменении вида исправительного учреждения, в котором надлежит отбывать наказание М., с исправительной колонии общего режима на колонию-поселение.
Апелляционное постановление № 22-2395/2020

5. В нарушение требований ч. 2 ст. 63 УК РФ суд при назначении наказания по преступлению, предусмотренному ч. 1 ст. 314.1 УК РФ, необоснованно признал в качестве обстоятельства, отягчающего наказание, рецидив преступлений, образованный судимостями, которые послужили основанием для установления осужденному административного надзора.

Приговором Советского районного суда г. Иваново от 12 августа 2020 года Н. осуждена по ч. 1 ст. 314.1 УК РФ к 6 месяцам лишения свободы, по ч. 1 ст. 158 УК РФ к 1 году лишения свободы, на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний – к 1 году 3 месяцам лишения свободы в исправительной колонии общего режима.
Как видно из приговора, обстоятельством, отягчающим наказание Н. по обоим преступлениям, суд признал рецидив преступлений, образованный имеющейся у осужденной непогашенной судимостью по приговорам от 27 июня 2011 года и 6 июля 2011 года за совершение тяжких преступлений.
Из решения Советского районного суда г. Иваново от 29 октября 2018 года следует, что административный надзор установлен Н. в связи с наличием у нее неснятой и непогашенной судимости по приговорам от 27 июня 2011 года и 06 июля 2011 года, а также неоднократным совершением Н. административных правонарушений.
Таким образом, имеющаяся у Н. судимость по приговорам от 27 июня 2011 года и 06 июля 2011 года послужила основанием для установления осужденной административного надзора и одновременно явилась обязательным признаком субъекта преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 314.1 УК РФ.
В связи с этим апелляционным постановлением Ивановского областного суда от 03 ноября 2020 года приговор в отношении Н. изменен – исключено указание о признании рецидива преступлений в качестве обстоятельства, отягчающего наказание за преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 314.1 УК РФ, и о назначении за него Н. наказания по правилам ч. 2 ст. 68 УК РФ, назначенное осужденной Н. наказание снижено.
Апелляционное постановление № 22-2143/2020

6. Неправильное толкование судом первой инстанции диспозиции ч. 2 ст. 162 УК РФ явилось основанием для переквалификации судом апелляционной инстанции совершенного осужденным уголовно наказуемого деяния.

Приговором Фрунзенского районного суда г. Иваново от 11 декабря 2020 года К. осужден по ч. 2 ст. 162 УК РФ к 7 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима и ограничением свободы на срок 1 год.
Судебная коллегия по уголовным делам Ивановского областного суда сочла неверной квалификацию действий К. по ч. 2 ст. 162 УК РФ как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с угрозой применения насилия, опасного для жизни или здоровья, с применением предметов, используемых в качестве оружия.
Суд первой инстанции как при описании преступного деяния, так и при квалификации действий К. указал, что нападение было совершено с угрозой применения насилия, опасного для жизни или здоровья. Однако по смыслу закона применение насилия может быть одновременно опасным для жизни и здоровья, либо опасным для жизни, либо только опасным для здоровья, в связи с чем использование союза «или» создает правовую неопределенность в степени опасности примененного насилия. 
Поскольку  К. приставлял осколок  кирпича с заостренным окончанием к шее потерпевшей и высказывал в ее адрес угрозу применения насилия, опасного для жизни, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о необходимости исключить из описания преступного  деяния суждения о применении угрозы насилия, опасного для здоровья. 
Кроме того, по мнению судебной коллегии, не усматривается оснований считать вменение признака разбоя через союз «или» технической ошибкой, как предложил прокурор в суде апелляционной инстанции, так как данная квалификация была дана судом мотивированно, при том, что  аналогичным образом были  квалифицированы  действия К. органами предварительного следствия. При указанных обстоятельствах данная ошибка не может расцениваться как техническая, так как ни следствие, ни суд не пришли к однозначному выводу о том, какой конкретно признак разбойного нападения соответствует деянию, совершенному К., так как  союз «или» имеет исключительно  разделительную смысловую нагрузку.     
С учетом изложенного юридическая оценка действий К., данная в приговоре, судебной коллегией изменена, и его действия переквалифицированы как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с угрозой применения насилия, опасного для жизни, с применением предметов, используемых в качестве орудия. Срок назначенного К. наказания за совершение преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 162 УК РФ, снижен: в виде лишения свободы – до 6 лет 10 месяцев, ограничения свободы – до 10 месяцев ограничения свободы.
Апелляционное определение по делу № 22-2492/2020

7. Приговор отменен в силу нарушения основополагающих принципов уголовного судопроизводства - принципа независимости и беспристрастности судьи, выразившегося в оценке судом до удаления в совещательную комнату для вынесения итогового решения по делу не только допустимости, но и достоверности большинства доказательств по делу.

Приговором Ленинского районного суда г. Иваново от 22 июля 2020 года В. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а», «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ.
Из материалов дела следует, что судья в ходе рассмотрения уголовного дела в отношении В. 03 июля 2020 года вынесла мотивированное постановление, которым рассмотрела по существу ходатайство, заявленное защитниками подсудимого о признании недопустимым ряда доказательств, содержание которого прямо свидетельствует о том, что суд до удаления в совещательную комнату для вынесения итогового решения по делу вошел в оценку не только допустимости, но и достоверности большинства доказательств по делу (протокола осмотра места происшествия, протокола обыска в квартире, протокола личного досмотра В., заключений экспертов №№, показаний специалистов и свидетелей), представленных стороной обвинения и оспариваемых стороной защиты, признав, что имеющиеся доказательства не только являются допустимыми (одно недопустимым), но по факту и достоверными, что противоречит основополагающим принципам судопроизводства.
Как указал суд апелляционной инстанции в апелляционном определении от 21 декабря 2020 года, то обстоятельство, что судом в постановлении делается конкретный вывод и используется терминология о допустимости или недопустимости доказательств, не ставит под сомнение то обстоятельство, что по факту судом произведена оценка доказательств на предмет именно достоверности.
В последующем данная же судья постановила в отношении В. обжалуемый обвинительный приговор, положив в его основу в качестве доказательства вины В. те же доказательства, которые она ранее уже фактически признала достоверными, используя показания тех же свидетелей, которые она уже оценила как достоверные, что, по мнению суда апелляционной инстанции, являлось безусловным препятствием для участия судьи в рассмотрении данного дела.
То обстоятельство, что суд в приговоре при оценке ряда доказательств на предмет достоверности использовал те же формулировки, что и при оценке их в постановлении якобы только на предмет допустимости, прямо свидетельствует о недопустимости участия этого судьи в рассмотрении уголовного дела и ставит под сомнение его независимость и беспристрастность, и, следовательно, справедливость судебного разбирательства.   
При таких обстоятельствах судебная коллегия по уголовным делам Ивановского областного суда пришла к выводу об отмене приговора в отношении В. и передаче дела на новое рассмотрение, в тот же суд в ином составе.
Апелляционное постановление по делу № 22-1952/2020
	
8. Несоблюдение судом требований к содержанию описательно-мотивировочной и резолютивной части приговора послужило основанием для его отмены. 

Приговором Ленинского районного суда г. Иваново от 10 июня 2020 года С. признан виновным в 52 кражах, то есть тайных хищениях чужого имущества; в незаконном приобретении и хранении без цели сбыта наркотического средства в значительном размере.
Как следует из содержания приговора, С. признан виновным в совершении 53 преступлений: 52 краж, а также незаконном приобретении и хранении без цели сбыта наркотического средства.
Однако, в описательно-мотивировочной части приговора не содержится указания на то, каким образом суд квалифицировал каждое из совершенных С. преступлений, с приведением пункта, части и статьи УК РФ и юридического обоснования принятого решения со ссылками на конкретные обстоятельства, подтвержденные материалами уголовного дела.
В резолютивной части приговора суд, назначая С. наказание, сослался на присвоенные им же номера каждого из преступлений, не дифференцировав их (относительно времени их совершения и потерпевших).
На основании изложенного суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что суд первой инстанции по существу не дал правовую оценку действиям С. по предъявленному обвинению и не указал в резолютивной части приговора за какое из совершенных преступлений какое наказание назначил осужденному.
Апелляционным постановлением Ивановского областного суда от 12 ноября 2020 года приговор Ленинского районного суда г. Иваново от 10 июня 2020 года в отношении С. отменен, уголовное дело направлено на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе со стадии судебного разбирательства. 
Апелляционное постановление по делу № 22-1823/2020

9. При изложении действий, в совершении которых подсудимый признан виновным, суд первой инстанции не указал в приговоре ряд установленных присяжными заседателями при ответе на вопрос вопросного листа обстоятельств, что является безусловным основанием для отмены судебного решения, вынесенного с участием коллегии присяжных заседателей.

Приговором Шуйского городского суда Ивановской области от 06 августа 2020 года К. осужден по ч. 4 ст. 111 УК РФ к лишению свободы на срок 5 лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.
Вердиктом коллегии присяжных заседателей К. признан виновным в умышленном причинении с применением использованного в качестве оружия кухонного ножа здоровью С. тяжкого вреда, опасного для жизни, повлекшем по неосторожности смерть потерпевшего.
Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы, приведенные в апелляционных жалобах и представлении, выслушав выступления сторон в прениях и последнее слово осужденного, судебная коллегия по уголовным делам Ивановского областного суда пришла к выводу о существенном нарушении уголовно-процессуального закона судом при постановлении приговора с участием присяжных заседателей.
В силу ч. 2 ст. 348 УПК РФ, за исключением случаев, предусмотренных ч.ч. 4 и 5 ст. 348 УПК РФ, обвинительный вердикт обязателен для председательствующего по уголовному делу. 
Вместе с тем, при изложении действий, в совершении которых К. признан виновным, суд не указал в приговоре ряд установленных присяжными заседателями при ответе на вопрос № 1 вопросного листа обстоятельств, а именно:
- мотивы, по которым потерпевший С. прибыл к жилищу своей бывшей супруги К.;
- обоюдное нанесение С. и К. ударов руками по голове и туловищу друг друга;  
- мотивы, по которым С. нанес удары ногой по входной двери квартиры К.
При этом каких-либо выводов, обосновывающих отсутствие указания в приговоре на перечисленные обстоятельства, являющиеся, по мнению судебной коллегии, существенными, председательствующим не приведено.
Таким образом, судебная коллегия пришла к выводу, что в нарушение требований ч. 2 ст. 348 и ст. 351 УПК РФ, приговор, описательно-мотивировочная часть которого не соответствует обстоятельствам, признанным присяжными заседателями доказанными, постановлен не в соответствии с вердиктом коллегии присяжных заседателей.
Указанные нарушения уголовно-процессуального закона признаны судом апелляционной инстанции существенными, что повлекло отмену указанного приговора с передачей уголовного дела на новое рассмотрение в суд, постановивший приговор, но иным составом суда с момента, следующего за провозглашением вердикта присяжных заседателей.   
Апелляционное определение по делу № 22-1937/2020

10. При разрешении ходатайства потерпевшего о прекращении уголовного дела в связи с примирением по одному из вмененных деяний суд в постановлении предрешил вопрос о виновности лица.

Приговором Пучежского районного суда Ивановской области от 24 августа 2020 года Ф. осужден за совершение преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ и ч. 2 ст. 228 УК  РФ.
При апелляционном рассмотрении дела установлено, что 29 июля 2020 года, в ходе судебного разбирательства потерпевший Л. заявил ходатайство о прекращении уголовного дела по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ (по краже, то есть тайному хищению сотового телефона Л., с причинением ему значительного ущерба), в связи с примирением. Подсудимый Ф. и его защитник С. поддержали ходатайство, государственный обвинитель возражал против прекращения уголовного дела.
В соответствии  с постановлением, вынесенным судом 30 июля 2020 года, в удовлетворении заявленного ходатайства отказано. После оглашения постановления суд продолжил исследовать доказательства по делу, в последующем постановив обвинительный приговор 24 августа 2020 года.
В обоснование решения об отказе в прекращении уголовного дела по факту похищения сотового телефона и освобождении Ф. от уголовной ответственности суд, приведя в постановлении данные, характеризующие личность подсудимого, как отрицательные, так и положительные, указал, что указанные обстоятельства не свидетельствуют об изменении степени общественной опасности подсудимого, вместе с тем являются обстоятельствами, смягчающими наказание. Обстоятельств, отягчающих наказание, по данному эпизоду органом предварительного расследования не установлено.
Вместе с тем, сделав в постановлении об отказе в прекращении уголовного дела и освобождении Ф. от уголовной ответственности выводы об обстоятельствах, смягчающих и отягчающих его наказание, судья фактически предрешила вопрос о виновности Ф. по указанному эпизоду, чем лишила участников уголовного судопроизводства возможности осуществления гарантированных законом прав на справедливое судебное разбирательство на основе принципа состязательности и равноправия сторон беспристрастным судом.
С учетом изложенного судебная коллегия по уголовным делам Ивановского областного суда пришла к выводу, что приговор подлежит  отмене в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, а уголовное дело направлению на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции в ином составе.
Апелляционное определение по делу №22-2212/2020

СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ
(апелляционная инстанция)

1. Причинение имущественного вреда порождает обязательство между причинителем вреда и потерпевшим, вследствие которого на основании ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. 

АО «Райффайзенбанк» обратилось в суд с иском к Б. и Г. о взыскании убытков, ссылаясь на то, что ответчики без законных оснований пользовались объектами недвижимости, принадлежащими АО «Райффайзенбанк», препятствовали доступу собственника в здание швейной фабрики, осуществляли в нем производственную деятельность. Право собственности АО «Райффайзенбанк» на вышеуказанное имущество зарегистрировано 21.12.2016 г. на основании постановления судебного пристава-исполнителя о передаче нереализованного в принудительном порядке имущества должника взыскателю от 29.11.2016 г. и акта о передаче нереализованного имущества должника взыскателю в счет погашения долга от 07.12.2016 г.
Решением Ленинского районного суда г.Иваново от 13.05.2019 г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ивановского областного суда от 21.08.2019 г., в удовлетворении исковых требований АО «Райффайзенбанк» отказано. Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности совокупности условий, необходимых для взыскания с ответчиков убытков в виде упущенной выгоды, и принятия истцом мер для получения дохода от использования спорного имущества и сделанных с этой целью приготовлений.
Определением судебной коллегии по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции от 24.03.2020 г.  апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ивановского областного суда от 21.08.2019 г. отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ивановского областного суда от 23.10.2020 г. отменено решение суда, как принятое при неправильном применении норм материального права и несоответствии выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела, с принятием нового решения об удовлетворении исковых требований в части, о взыскании с Б., и Г. в пользу АО «Райффайзенбанк» убытков в виде упущенной выгоды в спорные периоды, в размере с наибольшей степенью достоверности определенных в заключении экспертов.
Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом. Если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором, при определении убытков принимаются во внимание цены, существовавшие в том месте, где обязательство должно было быть исполнено, в день добровольного удовлетворения должником требования кредитора, а если требование добровольно удовлетворено не было, - в день предъявления иска. Исходя из обстоятельств, суд может удовлетворить требование о возмещении убытков, принимая во внимание цены, существующие в день вынесения решения. При определении упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления. Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. Суд не может отказать в удовлетворении требования кредитора о возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства. 
Поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске. При рассмотрении дел о возмещении убытков следует иметь в виду, что положение пункта 4 статьи 393 ГК РФ, согласно которому при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые стороной для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления, не означает, что в состав подлежащих возмещению убытков могут входить только расходы на осуществление таких мер и приготовлений.
Для правильного разрешения спора суду следовало установить следующие юридически значимые обстоятельства и дать им соответствующую оценку: факт причинения убытков и их размер, наличие вины ответчиков и причинно-следственную связь между возникшими убытками и действиями (бездействием) стороны ответчиков.
Требование истца о взыскании убытков в виде упущенной выгоды было основано на том, что в результате незаконных действий ответчиков истец был лишен возможности распоряжаться принадлежащими ему на праве собственности объектами недвижимого имущества, в частности, путем сдачи его в аренду третьим лицам и получения дохода в виде арендной платы.
Учитывая наличие в деле доказательств, свидетельствующих о принятии истцом шагов, направленных на сдачу спорного имущества в аренду ООО «Т.», о наличии вины ответчиков в удержании спорного имущества и невозможности распоряжения истцом имуществом по собственному усмотрению, в том числе, для извлечения дохода от сдачи имущества в аренду, судебная коллегия пришла к выводу, что АО «Райффайзенбанк» имеет право на взыскание с ответчиков убытков в виде упущенной выгоды. При этом факт того, что между истцом и ООО «Т.» по итогам переговоров не был заключен договор аренды, судебная коллегия сочла не имеющим правового значения, поскольку на момент проведения переговоров сторонам стало очевидно, что данный договор аренды не сможет быть исполнен в части передачи имущества ввиду противодействия ответчиков. В этой связи отказ от заключения договора аренды является разумным и не противоречит обычаям делового оборота.
Для определения размера упущенной выгоды с наибольшей степенью достоверности, а также проверки доводов ответчиков относительно не пригодности спорного имущества для целей хранения строительной техники, оборудования и строительных материалов судебной коллегией была назначена судебная экспертиза.
Суд апелляционной инстанции исковые требования АО «Райффайзенбанк» удовлетворил частично, взыскал с Б. и Г. убытки за спорные периоды.     
                                                                                Кассационное определение №88-4620/2020 
                                                                 Апелляционное определение по делу №33-1715/2020    

2.  По своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования статьи 15, 16, 1069 и 1070 ГК Российской Федерации не позволяют отказывать в возмещении расходов на оплату услуг защитника и иных расходов, связанных с производством по делу об административном правонарушении, лицам, в отношении которых дела были прекращены на основании пунктов 1 или 2 части 1 статьи 24.5 (отсутствие события или состава административного правонарушения) либо пункта 4 части 2 статьи 30.17 КоАП Российской Федерации (ввиду недоказанности обстоятельств, на основании которых были вынесены соответствующие постановление, решение по результатам рассмотрения жалобы) со ссылкой на недоказанность незаконности действий (бездействия) или наличия вины должностных лиц. Иное приводило бы к нарушению баланса частных и публичных интересов, принципа справедливости при привлечении граждан к публичной юридической ответственности и противоречило бы статьям 2, 17, 19, 45, 46 и 53 Конституции Российской Федерации. 

Л. обратилась в суд с иском к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации, Управления Федерального казначейства по Ивановской области, МВД России, УМВД России по Ивановской области о взыскании убытков, компенсации морального вреда. Исковые требования мотивировала тем, что решение суда и постановление ГИБДД о привлечении Л. к административной ответственности по части 1 статьи 12.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях отменены. Поскольку производство по делу об административном правонарушении прекращено в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых вынесено постановление, и истечением срока давности привлечения к административной ответственности, то в пользу истицы подлежат взысканию расходы по оплате услуг представителя и за составление заключения эксперта, а также компенсация морального вреда.
Решением Фрунзенского районного суда г.Иваново от 29.07.2019 г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ивановского областного суда от 28.10.2019 г. исковые требования Л. удовлетворены частично. С Российской Федерации в лице МВД России в пользу Л. за счет казны Российской Федерации взыскана компенсация морального вреда. В удовлетворении остальной части иска отказано.
Определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 10.11.2020 г. отменены  апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ивановского областного суда от 28.10.2019 г. и кассационное определение Второго кассационного суда общей юрисдикции от 19.03.2020 г. с направлением дела на новое апелляционное рассмотрение в Ивановский областной суд.
При новом рассмотрении дела судебная коллегия областного суда не согласилась с выводами суда первой инстанции в части отказа Л. о взыскании убытков ввиду следующего.
Конституционный Суд Российской Федерации в своем Постановлении от 15.07.2020 года № 36-П «По делу о проверке конституционности статей 15, 16, части первой статьи 151, статей 1069 и 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, частей 1, 2 и 3 статьи 24.7, статей 28.1 и 28.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, а также статьи 13 Федерального закона "О полиции" в связи с жалобами граждан Р.А. Логинова и Р.Н. Шарафутдинова» разъяснил, что из права на судебную защиту вытекает общий принцип, в силу которого правосудие нельзя было бы признать отвечающим требованиям равенства и справедливости, если расходы, понесенные в связи с судебным разбирательством, ложились бы на лицо, вынужденное прибегнуть к этим расходам в рамках судебного механизма обеспечения принудительной реализации своих прав, свобод и законных интересов.
Признание права на присуждение судебных расходов за лицом (стороной), в пользу которого состоялось судебное решение, соответствует также принципу полноты судебной защиты, поскольку призвано восполнить лицу, чьи права нарушены, вновь возникшие и не обусловленные деятельностью самого этого лица потери, которые оно должно было понести для восстановления своих прав в связи с необходимостью совершения действий, сопряженных с возбуждением судебного разбирательства и участием в нем. В контексте взаимоотношений граждан и организаций с государством данный принцип получает дополнительное обоснование в статье 53 Конституции Российской Федерации, обязывающей государство к возмещению вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.
Возмещение проигравшей стороной правового спора расходов другой стороне не обусловлено установлением ее виновности в незаконном поведении - критерием наличия оснований для возмещения является итоговое решение, определяющее, в чью пользу данный спор разрешен.
В отсутствие в Кодексе Российской Федерации об административных правонарушениях специальных положений о возмещении расходов лицам, в отношении которых дела были прекращены на основании пунктов 1 или 2 части 1 статьи 24.5 либо пункта 4 части 2 статьи 30.17 КоАП Российской Федерации, положения статей 15, 16, 1069 и 1070 ГК Российской Федерации, по сути, восполняют данный правовой пробел, а потому не могут применяться иным образом, чем это вытекает из устоявшегося в правовой системе существа отношений по поводу возмещения такого рода расходов.
В силу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, согласно которой, по смыслу статьи 53 Конституции Российской Федерации, государство несет обязанность возмещения вреда, связанного с осуществлением государственной деятельности в различных ее сферах, независимо от возложения ответственности на конкретные органы государственной власти или должностных лиц (Постановление от 1 декабря 1997 года N 18-П, Определение от 4 июня 2009 года N 1005-О-О), ни государственные органы, ни должностные лица этих органов не являются стороной такого рода деликтного обязательства. Субъектом, действия (бездействие) которого повлекли соответствующие расходы, и, следовательно, несущим в действующей системе правового регулирования гражданско-правовую ответственность, является государство или иное публично-правовое образование, а потому такие расходы возмещаются за счет соответствующей казны.
В связи с этим судебная коллегия пришла к выводу, что исковые требования о взыскании расходов по оплате услуг защитника, понесенных истцом при рассмотрении дела об административном правонарушении, подлежат удовлетворению, поскольку производство по делу в отношении истицы было прекращено ввиду недоказанности обстоятельств, на основании которых были вынесены соответствующие постановление, решение по результатам рассмотрения жалобы.         
                                                                                             Определение ВС РФ №7-КГ20-3-К2
                                                                  Апелляционное определение по делу №33-3110/2020

3. Приобретательная давность является самостоятельным законным основанием возникновения права собственности на вещь при условии добросовестности, открытости, непрерывности и установленной законом длительности такого владения.
Наличие титульного собственника само по себе не исключает возможность приобретения права собственности другим лицом в силу приобретательной давности. 

 П. обратилась в суд с иском к Администрации г.Иванова о признании права собственности в порядке приобретательной давности. В обоснование исковых требований указала, что с сентября 1997 г. проживает в доме. Собственником ½ доли в праве собственности на указанный дом являлся Э., с которым истец и ее сын проживали одной семьей. После смерти 02.10.1999 г. Э. в права наследства никто не вступал, истец и ее сын остались проживать в доме, истец несет бремя содержания имущества, оплачивает налоги, коммунальные платежи, осуществляет действия по ремонту дома. 
Администрация обратилась со встречным иском к П. о признании права муниципальной собственности на выморочное имущество, на ½ доли в праве общей долевой собственности на жилой дом.
Решением Фрунзенского районного суда г.Иваново от 25.11.2019 г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ивановского областного суда от 08.06.2020 г.,  в удовлетворении иска П. к Администрации г. Иваново о признании права собственности в порядке приобретательной давности отказано. Встречные исковые требования Администрации г. Иваново к П. о признании права собственности на выморочное имущество удовлетворены. Признано право собственности муниципального образования городской округ Иваново на ½ долю в праве общей долевой собственности на жилой дом.
Определением судебной коллегии по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции от 08.10.2020 г. апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ивановского областного суда от 08.06.2020 года отменено, дело направлено на новое апелляционное рассмотрение в ином составе судей.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ивановского областного суда от 21.12.2020 г. решение суда отменено с принятием нового решения об удовлетворении исковых требований П. к Администрации  о признании права собственности в порядке приобретательной давности, в удовлетворении встречных исковых требований отказано. Свое решение судебная коллегия мотивировала следующим.  
В случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом. 
В случаях и в порядке, предусмотренных Гражданским Кодексом РФ, лицо может приобрести право собственности на имущество, не имеющее собственника, на имущество, собственник которого неизвестен, либо на имущество, от которого собственник отказался или на которое он утратил право собственности по иным основаниям, предусмотренным законом.
В соответствии с пунктом 1 статьи 234 Гражданского кодекса РФ лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).
Право собственности на недвижимое и иное имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает у лица, приобретшего это имущество в силу приобретательной давности, с момента такой регистрации.
Бесхозяйные недвижимые вещи принимаются на учет органом, осуществляющим государственную регистрацию права на недвижимое имущество, по заявлению органа местного самоуправления, на территории которого они находятся.
Давностное владение является добросовестным, если, приобретая вещь, лицо не знало и не должно было знать о неправомерности завладения ею, то есть в тех случаях, когда вещь приобретается внешне правомерными действиями, однако право собственности в силу тех или иных обстоятельств возникнуть не может. При этом лицо владеет вещью открыто как своей собственной, то есть вместо собственника, без какого-либо правового основания (титула).
Наличие титульного собственника само по себе не исключает возможность приобретения права собственности другим лицом в силу приобретательной давности.
Для приобретения права собственности в силу приобретательной давности не является обязательным, чтобы собственник, в отличие от положений статьи 236 Гражданского кодекса РФ, совершил активные действия, свидетельствующие об отказе от собственности или объявил об этом. Достаточным является то, что титульный собственник в течение длительного времени устранился от владения вещью, не проявляет к ней интереса, не исполняет обязанностей по ее содержанию, вследствие чего вещь является фактически брошенной собственником.
Судом первой инстанции при разрешении дела не учтено, что органы местного самоуправления с момента смерти Э. более 19 лет интереса к испрашиваемому истцом имуществу не проявляли, правопритязаний в отношении его не заявляли, обязанностей собственника этого имущества не исполняли; правообладателем на момент рассмотрения дела записан Э.
Бездействие  публично-правового образования как участника гражданского оборота, не оформившего в разумный срок право собственности, в определенной степени создает предпосылки к его утрате.
Юридически значимым обстоятельством при разрешении вопроса о непрерывности давностного владения является выяснение вопроса о том, прекращалось ли давностное владение истца имуществом в течение всего срока приобретательной давности, а не вопроса непрерывности использования такого имущества по назначению, в частности вопроса о непрерывном проживании истца в спорном жилом доме и его регистрации.
Представитель истца пояснял, что П. проживала в жилом доме с указанной даты,  после смерти Э. истец продолжила проживать в спорном доме, осуществляла владение и пользование им как своим собственным, несла бремя содержания указанного имущества, претензий к П. в отношении спорного имущества никто не предъявлял. 
Также истцом в подтверждение оснований исковых требований были представлены доказательства несения расходов по оплате жилищно-коммунальных услуг, оплате налога, покупке строительных материалов. 
Факт владения истцом спорным домом с указанной даты никем не оспаривался, в том числе и ответчиком, каких-либо сведений о том, что Администрацией  предпринимались меры по содержанию данного жилого помещения, оставшегося после смерти Э., материалы дела не содержали.       
                                                                              Кассационное определение №88-20836/2020
                                                                 Апелляционное определение по делу №33-2956/2020

4. Подсудность гражданских дел определяется в соответствии с нормами, содержащимися в главе 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. В случае очевидного отклонения действий участников гражданского оборота от добросовестного поведения, в том числе путем изменения подсудности спора в целях создания неблагоприятных последствий для третьих лиц, а также предъявления надуманных исковых требований, которые по существу разрешены вступившим в законную силу судебным постановлением, суд обязан дать надлежащую правовую оценку таким действиям и при необходимости вынести этот вопрос на обсуждение сторон. 

       К. обратился в суд с иском к О.А., О.В., Некоммерческому партнерству "Трусово-1" о признании незаконным действия председателя и секретаря внеочередного общего собрания Некоммерческого партнерства "Трусово-1" по подготовке и проведению внеочередного общего собрания членов Некоммерческого партнерства, оформленного протоколом. 
       Разрешая спор, суд принял решение об удовлетворении исковых требований К.
       С решением не согласился третье лицо Б., в апелляционной жалобе, в том числе, указал на нарушение норм процессуального права, на нарушение судом первой инстанции правил подсудности; непривлечение его в качестве ответчика по делу и других участников Партнерства, права которых затрагиваются заочным решением суда, неизвещение его о месте и времени судебного заседания.  
       Рассмотрев дело по апелляционной жалобе Б., судебная коллегия пришла к выводу, что иск был принят к производству районного суда с нарушением правил подсудности. 
       Согласно части 1 статьи 47 Конституции Российской Федерации никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом.
       Подсудность гражданских дел определяется в соответствии с нормами, содержащимися в главе 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
       Нормы процессуального права, регулирующие подсудность гражданских дел, были неправильно применены судом первой инстанции, что повлекло нарушение гарантированного Конституцией Российской Федерации права сторон на рассмотрение гражданского дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом.
       В соответствии со статьей 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (пункт 3).
       Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
       Суд обязан дать оценку указанным действиям сторон уже на стадии решения вопроса о принятии искового заявления к рассмотрению и подготовки дела к судебному разбирательству.
       При подготовке дела к судебному разбирательству суд обязан дать оценку материально-правовым отношениям, являющимся основанием иска, и привлечь к участию в деле лиц, имеющих материально-правовой и (или) процессуально-правовой интерес в исходе дела.
       При этом непривлечение к участию в деле лиц, вопрос о правах и обязанностях которых должен быть разрешен при рассмотрении дела, является существенным нарушением норм процессуального права.
       В нарушение положений процессуального права при подготовке дела к судебному разбирательству суд не дал оценку материально-правовым отношениям, являющимся основанием иска, и не привлек к участию в деле в качестве ответчика Б., суд первой инстанции ограничился лишь формальным соблюдением норм гражданского процессуального законодательства о такой подготовке.
       Б., имевший материально-правовой интерес в исходе дела, был лишен возможности представлять доказательства и участвовать в их исследовании, задавать вопросы другим лицам, участвующим в деле,  заявлять ходатайства, давать суду объяснения, приводить свои доводы по всем возникающим в ходе судебного разбирательства вопросам, возражать относительно ходатайств и доводов других лиц, в том числе, относительно договорной подсудности и пользоваться иными процессуальными правами (часть 1 статьи 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
       Данное нарушение, допущенное судом первой инстанции, повлекло за собой существенные нарушения норм процессуального права, а также гарантированного Конституцией Российской Федерации права Б. на судебную защиту.
       При решении вопроса о принятии иска и подготовке дела к судебному разбирательству суду надлежало дать оценку представленному сторонами соглашению без даты о договорной подсудности спора с учетом фактических обстоятельств дела, материально-правовых отношений сторон и требований добросовестности, что судом первой инстанции сделано не было.
       Суд не принял во внимание и не дал должную оценку тому, что к исковому заявлению с соглашением о договорной подсудности приложены заявления ответчиков О.А., О.В., Некоммерческого партнерства "Т." о признании исковых требований и рассмотрении дела без их участия, истцом и ответчиками выданы доверенности одному представителю С.
       В качестве ответчика по делу в иске указан О.А., который согласно тексту искового заявления являлся секретарем общего собрания, действия которого оспаривает истец. О.А. исковые требования о неправомерности действий секретаря и председателя собрания признал. Однако из материалов дела следовало, что секретарем общего собрания был избран А., который к участию в настоящем деле не привлекался.
       О наличии в действиях истца признаков злоупотреблений могут свидетельствовать, в частности, отсутствие какого-либо реального экономического содержания заключенного между истцом и третьим лицом договора, направленного на изменение подсудности спора, заключение соглашения о договорной подсудности для рассмотрения конкретного дела судом, в районе деятельности которого никто из лиц, участвующих в деле, не проживает, или намеренно формально зарегистрирован, а также предъявление иска в суд, расположенный в месте нахождения истца либо существенно отдаленный от ответчика, и другие обстоятельства.
       Судебная коллегия пришла к выводу о том, что при рассмотрении дела судом первой инстанции были допущены существенные нарушения норм материального и процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав Б. и других заинтересованных лиц, круг которых может быть определен судом при рассмотрении дела по существу. 
       Определением судебной коллегии по гражданским делам Ивановского областного суда от 09.11.2020 г. заочное решение Ивановского районного суда Ивановской области от 27 июля 2020 года отменено.
       Гражданское дело по иску К. к О.А., О.В., Некоммерческому партнерству "Благоустройство земли ТРУСОВО-1" о признании незаконным действия председателя и секретаря внеочередного общего собрания Некоммерческого партнерства "Благоустройство земли ТРУСОВО-1" направлено для рассмотрения по подсудности в Истринский городской суд Московской области.
                                                                   Апелляционное определение по делу №33-2720/2020

5. Судом при определении суммы задолженности по кредитному договору не учтена сумма долга, взысканная с ответчика на основании судебного приказа мирового судьи.  
       Суд должен учитывать, что неустойка, являясь способом обеспечения исполнения обязательства должником, не должна служить средством обогащения кредитора.

      ОАО АКБ «Пробизнесбанк» в лице конкурсного управляющего ГК «Агентство по страхованию вкладов» обратилось в суд с иском к С. о взыскании задолженности по кредитному договору.
      Решением Палехского районного суда Ивановской области от 17.08.2020 г. исковые требования удовлетворены. С ответчика в пользу ОАО АКБ «Пробизнесбанк» взыскана задолженность по кредитному договору – основной долг, сумма процентов, неустойка.
      При рассмотрении дела судом первой инстанции правомерно сделан вывод о наличии у ответчика задолженности по кредитному договору. Вместе с тем судебная коллегия изменила решение суда в связи со следующим.
      Судом первой инстанции были установлены не все обстоятельства, имеющие юридическое значение для правильного разрешения дела, а именно: судом при определении суммы задолженности по кредитному договору не учтена сумма долга, взысканная с ответчика на основании судебного приказа мирового судьи.
      Из представленных документов, в том числе суду апелляционной инстанции в качестве новых доказательств, следовало, что после вынесения судебного приказа со счета  С., находящегося в ПАО Банк «ФК Открытие» и со счета, находящегося в ПАО Сбербанк, произведено списание денежных средств., которые перечислены истцу в счет погашения задолженности по кредитному договору и подлежали зачету, с учетом отмены судебного приказа,  на основании ст. 319 ГК РФ в счет уплаты процентов по договору.
     Допущенные судом ошибки при определении размера задолженности явились основанием для изменения судебной коллегией решения суда.
     Оценивая соотношение начисленной неустойки с суммой основного долга и начисленных процентов, учитывая срок неисполнения обязательства ответчиком, и тот факт, что иных санкций ответчику не начислялось, суд первой инстанции счел размер заявленной истцом к взысканию неустойки не подлежащим уменьшению в соответствии со статьей 333 ГК РФ. Также судом учтено, что ответчиком о применении статьи 333 ГК РФ при рассмотрении дела не заявлено. С данным выводом суда судебная коллегия не согласилась.
     В соответствии с разъяснениями, изложенными в абзаце 2 пункта 71 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", ввиду того, что ответчиком по делу является физическое лицо, то при взыскании неустойки правила статьи 333 ГК РФ могут применяться не только по его заявлению, но и по инициативе суда, если усматривается очевидная несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства.
     Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, положение пункта 1 статьи 333 ГК РФ, закрепляющее право суда уменьшить размер подлежащей взысканию неустойки, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, по существу, предписывает суду устанавливать баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и размером действительного ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.
     Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательства является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, - на реализацию требований статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать прав и свободы других лиц.
     Определением  судебной коллегии по гражданским делам Ивановского областного суда решение суда изменено в части размера подлежащих взысканию с ответчика в пользу истца задолженности по кредитному договору. 
                                                                  Апелляционное определение по делу №33-2611/2020

     6.   Срок давности по искам о просроченных повременных платежах (проценты за пользование заемными средствами, арендная плата и т.п.) исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу. 
       
      АКБ «Пробизнесбанк» (ОАО) обратилось в суд с иском к С. о взыскании задолженности по кредитному договору. Ответчик принятые на себя по кредитному договору обязательства не исполняет, в связи с чем у него образовалась задолженность. Истец просил взыскать с ответчика задолженность по кредитному договору, в том числе основной долг, проценты за пользование кредитом, штрафные санкции, расходы по оплате государственной пошлины. Поскольку ответчик принятые на себя обязательства не исполнял, последний платеж в счет погашения кредита был внесен заемщиком 13 июля 2015 года, истцом в адрес С. 13 апреля 2018 года направлено требование о погашении задолженности по кредитному договору, которое ответчик не исполнил. 
      Заочным решением  Фрунзенского районного суда г.Иваново от 23.07.2020 г. исковые требования удовлетворены частично, с С. взысканы задолженность по кредитному договору от 01.08.2014 г. по состоянию на 03.03.2020 года в размере 71616 рублей, в том числе основной долг – 24152 рубля 74 копейки, проценты – 31463 рубля 26 копеек, штрафные санкции – 16000 рублей, в также расходы по оплате государственной пошлины в размере 2348 рублей 73 копейки. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано. С АКБ «Пробизнесбанк» (ОАО) в доход муниципального образования городской округ Иваново взысканы расходы по оплате государственной пошлины в размере 630 рублей 59 копеек.
      Апелляционным определением судебной коллегии решение суда изменено в части размера взысканной задолженности по кредитному договору и судебных расходов, по делу принято новое решение о частичном удовлетворении  исковых требований.
      АКБ «Пробизнесбанк» (ОАО) 5 октября 2018 года обратился к мировому судье с заявлением о вынесении судебного приказа о взыскании с С. задолженности по кредитному договору. Мировым судьей 8 ноября 2018 года вынесен судебный приказ о взыскании с С. задолженности по кредитному договору, который отменен определением мирового судьи от 9 августа 2019 года в связи с поступлением возражений С. относительно исполнения судебного приказа. Исковое заявление направлено в суд 10 февраля 2020 года.
      Разрешая спор, суд первой инстанции пришел к выводу о пропуске истцом срока исковой давности в отношении платежей, подлежавших внесению до 07.04.2016 года, в связи с чем в удовлетворении исковых требований в указанной части отказано. 
      В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что по смыслу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока давности по иску, вытекающему из нарушения одной стороной договора условия об оплате товара (работ, услуг) по частям, начинается в отношении каждой отдельной части. Срок давности по искам о просроченных повременных платежах (проценты за пользование заемными средствами, арендная плата и т.п.) исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу. 
      В соответствии с пунктом 1 статьи 207 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом разъяснений, приведенных в абзаце 2 пункта 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43, с истечением срока исковой давности по главному требованию считается истекшим срок исковой давности и по дополнительным требованиям (проценты, неустойка, залог, поручительство и т.п.), в том числе возникшим после истечения срока исковой давности по главному требованию.       
     При исчислении сроков исковой давности по требованиям о взыскании просроченной задолженности по кредитному обязательству, предусматривающему исполнение в виде периодических платежей, суды применяют общий срок исковой давности (статья 196 Гражданского кодекса Российской Федерации), который подлежит исчислению отдельно по каждому платежу со дня, когда кредитор узнал или должен был узнать о нарушении своего права.
     Согласно положениям пункта 4 статьи 204 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности не течет со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права и на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита нарушенного права.
     В пункте 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 года № 43 указано, что по смыслу статьи 204 Гражданского кодекса Российской Федерации начавшееся до предъявления иска течение срока исковой давности продолжается лишь в случаях оставления заявления без рассмотрения либо прекращения производства по делу по основаниям, предусмотренным абзацем вторым статьи 220 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с момента вступления в силу соответствующего определения суда либо отмены судебного приказа. В случае прекращения производства по делу по указанным выше основаниям, а также в случае отмены судебного приказа, если неистекшая часть срока исковой давности составляет менее шести месяцев, она удлиняется до шести месяцев (пункт 1 статьи 6, пункт 3 статьи 204 Гражданского кодекса Российской Федерации).
     Судебный приказ о взыскании с ответчика задолженности по кредитному договору отменен определением мирового судьи от 9 августа 2019 года, исковое заявление направлено в суд 10 февраля 2020 года, при этом 9 февраля 2020 года являлось нерабочим выходным днем. Таким образом, требования истца о взыскании платежей, срок исковой давности по которым на дату обращения истца с заявлением о вынесении судебного приказа составлял менее шести месяцев и удлинился после отмены судебного приказа на шесть месяцев, предъявлены в суд до истечения данного срока, что не было учтено судом первой инстанции. Согласно решению срок исковой давности исчислен судом за три года, предшествующие предъявлению иска, с учетом его увеличения на период с момента обращения истца с заявлением о вынесении судебного приказа до момента его отмены мировым судьей, без учета его удлинения по вышеуказанным платежам на шесть месяцев. 
     В исключительных случаях суд может признать уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца – физического лица, если последним заявлено такое ходатайство и им представлены необходимые доказательства. Срок исковой давности, пропущенный юридическим лицом, не подлежит восстановлению независимо от причин его пропуска. Поэтому доводы апелляционной жалобы о злоупотреблении правом со стороны ответчика судебная коллегия отклонила, поскольку для юридических лиц в силу закона пропущенный срок исковой давности не подлежит восстановлению вне зависимости от причин его пропуска.
     Право суда уменьшить неустойку является одним из правовых способов, направленных против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки без учета последствий нарушения обязательства с целью установления баланса между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба. Учитывая срок, в течение которого обязательства по уплате кредита и процентов за пользование им ответчиком не исполнялись, размер просроченной задолженности, объем неисполненных ответчиком обязательств, размер процентной ставки за пользование кредитом, характер и степень нарушенного заемщиком обязательства, последствия его нарушения, судебная коллегия пришла к выводу о наличии оснований для применения положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации о снижении неустойки и взыскании с ответчика неустойки на просроченный основной долг и просроченные проценты.        
                                                                 Апелляционное определение по делу №33-2808/2020
       
7.  Рассмотрение дела в отсутствие ответчика, который, по его утверждению, не был надлежащим образом извещен о времени и месте судебного заседания, по смыслу части 3 статьи 392 ГПК РФ не являются вновь открывшимися обстоятельствами. 

     Решением Ивановского районного суда Ивановской области от 26.12.2019 г. удовлетворены исковые требования К.Н. к К. о государственной регистрации перехода права собственности на земельный участок, от К.М. к К.Н.
     К. обратилась в суд с заявлением о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам решения суда, в котором указала, что до 2020 г.  использовала спорный земельный участок. Впервые узнала о решении суда и договоре купли-продажи между К. и ее матерью только летом 2020 г. Адрес, по которому ее извещал суд, является жилым домом, пострадавшим от пожара, где она не могла получить корреспонденцию.
     Определением судьи Ивановского районного суда заявление К. о пересмотре решения суда по вновь открывшимся обстоятельствам удовлетворено.
     Апелляционным определением областного суда определение районного суда отменено, в удовлетворении заявления К. о пересмотре решения суда по вновь открывшимся обстоятельствам отказано в связи со следующим. 
     Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 декабря 2012 г. N 31 "О применении норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении судами заявлений, представлений о пересмотре по вновь открывшимся или новым обстоятельствам вступивших в законную силу судебных постановлений", вновь открывшимися обстоятельствами, указанными в пункте 1 части 3 статьи 392 ГПК РФ, являются относящиеся к делу фактические обстоятельства, объективно имевшие место на время рассмотрения дела и способные повлиять на существо принятого судебного постановления, о которых не знал и не мог знать заявитель, а также суд при вынесении данного постановления. При этом необходимо иметь в виду, что представленные заявителем новые доказательства по делу не могут служить основанием для пересмотра судебного постановления по вновь открывшимся обстоятельствам. 
     Рассмотрение дела в отсутствие ответчика, который, по его утверждению, не был надлежащим образом извещен о времени и месте судебного заседания, по смыслу части 3 статьи 392 ГПК РФ не являются вновь открывшимися обстоятельствами. Это судом первой инстанции учтено не было.
     Обстоятельства, связанные с заключением договора купли-продажи земельного участка, суду были известны и учитывались им при принятии решения по существу спора, в связи с чем отсутствие оригинала договора купли-продажи, членской книжки истца вновь открывшимися обстоятельствами не являются.
     Полученное К. после разрешения судом первой инстанции по существу спора новое доказательство, а именно заключение эксперта-почерковеда, как и показания свидетеля Ш., в опровержение выводов суда первой инстанции о наличии оснований для удовлетворения требований истца по существу направлено на обжалование решения суда первой инстанции по мотивам, связанным с нарушением судом норм материального права и норм процессуального при оценке доказательств по делу, то есть являются скрытой формой обжалования решения суда. Между тем по смыслу статьи 392 ГПК РФ новые доказательства по делу не могут быть отнесены к вновь открывшимся обстоятельствам и, как следствие, служить основанием для пересмотра вступившего в законную силу решения суда  по правилам главы 42 ГПК РФ, поскольку для исправления судебных ошибок, допущенных судом вследствие нарушений норм материального и процессуального права, процессуальное законодательство предусматривает проверку судебных постановлений в апелляционном, кассационном и надзорном порядке.       
                                                       Апелляционное определение по делу №33-2465/2020

     8. Уважительными причинами пропуска процессуального срока могут быть признаны обстоятельства, относящиеся к личности заявителя, такие как тяжелая болезнь, беспомощное состояние и т.п., а также обстоятельства, объективно препятствовавшие лицу, добросовестно пользующемуся своими процессуальными правами, реализовать право на обжалование судебного постановления в установленный законом срок.

     З. обратилась в суд с иском к С. о признании объекта самовольной постройкой, устранении нарушений прав, не связанных с лишением владения, о восстановлении имущества.
     Решением суда от 05.06.2020 г. исковые требования З. удовлетворены. Решение суда принято в окончательной форме 15.06.2020 г. 
     Не согласившись с указанным решением, С. подал апелляционную жалобу с заявлением о восстановлении пропущенного процессуального срока на ее подачу.
Определением суда в удовлетворении заявления о восстановлении пропущенного процессуального срока на подачу апелляционной жалобы на решение суда С. отказано.
Апелляционным определением областного суда определение районного суда отменено. Постановлено восстановить С. пропущенный процессуальный срок на подачу апелляционной жалобы на решение суда.
Отказывая в удовлетворении заявления, суд исходил из того, что срок на подачу апелляционной жалобы пропущен ответчиком С. без уважительных причин.
Апелляционная инстанция областного суда с такими выводами суда не согласилась в силу следующего.
Для лиц, участвующих в деле, к уважительным причинам пропуска указанного срока, в частности, могут быть отнесены: обстоятельства, связанные с личностью лица, подающего апелляционную жалобу (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.); получение лицом, не присутствовавшим в судебном заседании, в котором закончилось разбирательство дела, копии решения суда по истечении срока обжалования или когда времени, оставшегося до истечения этого срока, явно недостаточно для ознакомления с материалами дела и составления мотивированных апелляционных жалобы, представления; неразъяснение судом первой инстанции в нарушение требований статьи 193 и части 5 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации порядка и срока обжалования решения суда; несоблюдение судом установленного статьей 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации срока, на который может быть отложено составление мотивированного решения суда, или установленного статьей 214 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации срока высылки копии решения суда лицам, участвующим в деле, но не присутствовавшим в судебном заседании, в котором закончилось разбирательство дела, если такие нарушения привели к невозможности подготовки и подачи мотивированных апелляционных жалобы, представления в установленный для этого срок.
       Обращаясь в суд с заявлением о восстановлении пропущенного процессуального срока на подачу апелляционной жалобы, С. указывал на то, что в период с 14.07.2020 г. по 27.07.2020 г. он находился на стационарном лечении, ему была проведена операция, при этом о намерении обжаловать решение суда им было указано в направленном суду в установленный законом для обжалования срок обращении, содержащем просьбу о продлении срока на подачу апелляционной жалобы в связи с невозможностью ее подачи по причине его госпитализации в стационар, получив 12.08.2020 г. ответ на свое обращение, 14.08.2020 г. он подал апелляционную жалобу.
      К заявлению приложены доказательства, подтверждающие факт нахождения С. на стационарном лечении.
      Сославшись на то обстоятельство, что заявителем не представлено доказательств невозможности подачи апелляционной жалобы до госпитализации в медицинское учреждение, суд пришел к выводу об отсутствии уважительных причин пропуска срока апелляционного обжалования. 
      Между тем причины пропуска С. процессуального срока, исходя из материалов дела, по мнению суда апелляционной инстанции, непосредственно связаны с его личностью и объективно, в силу его физического состояния, а также необходимостью подготовки к операции при отсутствии достоверных сведений о дате ее проведения в условиях сохраняющейся до настоящего времени сложной эпидемиологической ситуации, вызванной распространением новой коронавирусной инфекции, необходимостью пребывания в стационаре под наблюдением врачей, затрудняли ему возможность подать апелляционную жалобу на решение суда первой инстанции в установленный законом срок.
     Суд апелляционной инстанции посчитал, что отказом в восстановлении пропущенного срока на подачу апелляционной жалобы нарушены права С. на судебную защиту, поскольку пропуск ответчиком процессуального срока для обжалования решения в апелляционном порядке обусловлен уважительными причинами.
                                                                  Апелляционное определение по делу №33-2793/2020

  СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА ПО АДМИНИСТРАТИВНЫМ ДЕЛАМ

1. Непривлечение к участию в административном деле о признании незаконным бездействия и взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении в качестве административного ответчика юридического лица – медицинской организации, к компетенции которой относится оказание медицинской помощи осужденным исправительного учреждения, является безусловным основанием для отмены решения суда в апелляционном порядке.

Административный истец П. обратился в суд с административным иском к Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний России, Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Нижегородской области, Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония №11 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Нижегородской области» о признании незаконным бездействия административных ответчиков, выразившегося в необеспечении надлежащих условий содержания административного истца в  исправительной колонии,  взыскании за счет казны Российской Федерации в пользу П. компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждений.
Требования мотивированы нарушением прав административного истца необеспечением административными ответчиками надлежащих условий содержания административного истца в исправительном учреждении, в частности ненадлежащим оказанием медицинской помощи, несвоевременностью предоставления медицинских услуг, в том числе оказываемых  профильными специалистами, а также высокотехнологичной медицинской помощи. 
Решением Ленинского районного суда города Иваново административное исковое заявление П. удовлетворено частично: признано незаконным бездействие административных ответчиков, выразившееся в ненадлежащем обеспечении условий содержания в исправительном учреждении П.; в пользу П. с Российской Федерации в лице ФСИН России за счет казны Российской Федерации взыскана  компенсация за нарушение условий содержания в исправительном учреждении.
При рассмотрении судебной коллегией апелляционных жалоб было установлено, что судом первой инстанции, вопреки требованиям закона и положениям высшего судебного органа, к участию в деле в качестве административного ответчика не было привлечено юридическое лицо – медицинская организация, к компетенции которой относится оказание медицинской помощи осужденным исправительного учреждения. Таким образом, суд первой инстанции, разрешив в оспариваемом судебном акте административные исковые требования П. по существу и удовлетворив их, фактически разрешил вопрос о правах и об обязанностях лица, не привлеченного к участию в деле.
Судом первой инстанции при вынесении решения указанные нормы процессуального права учтены не были, что послужило основанием к его отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Апелляционное определение № 33а-2830/2020

2. Требование о признании незаконным бездействия судебного пристава-исполнителя по неисполнению вступившего в законную силу решения суда по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации и возложении обязанностей по его исполнению  не подлежат рассмотрению и разрешению в судах.

Административный истец К. обратился в суд с административным иском, в котором просил признать незаконными действия УФССП России по Ивановской области по несвоевременному возврату административному истцу денежных средств, взысканных по решению суда.
Требования мотивированы тем, что решением мирового судьи в пользу административного истца с Российской Федерации в лице ФССП России за счет казны РФ взысканы денежные средства, которые заявителю до настоящего времени не возвращены, в связи с чем полагает  о нарушении права на своевременное исполнение решения суда.
Решением Фрунзенского районного суда г. Иваново от 17 июля 2020 года административные исковые требования К. оставлены без удовлетворения.
При рассмотрении апелляционной жалобы судебной коллегией установлено, что, принимая настоящий административный иск к своему производству и рассматривая дело по существу, суд первой инстанции исходил из того, что административный иск подлежит рассмотрению в порядке административного судопроизводства. 
С данными выводами суда первой инстанции судебная коллегия не согласилась, поскольку в силу положений Федерального закона «Об исполнительном производстве» от 02.10.2007 N 229-ФЗ условия и порядок исполнения судебных актов по передаче гражданам, организациям денежных средств соответствующего бюджета бюджетной системы Российской Федерации устанавливаются бюджетным законодательством Российской Федерации. Порядок исполнения судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации предусмотрен главой 24.1 Бюджетного кодекса Российской Федерации.
Таким образом, все вопросы, связанные с исполнением такого решения, подлежат разрешению и рассмотрению в порядке, установленном вышеприведенными правовыми нормами. Тем самым неисполнение соответствующего судебного акта судебным приставом-исполнителем и, как следствие, нарушение вышеуказанных нормативных положений и вытекающих из них прав административного истца, не образует самостоятельного предмета судебной защиты (материально-правового спора).
С учетом приведенных норм, характера спорных правоотношений и заявленных административным истцом требований о признании незаконным бездействия судебного пристава-исполнителя по неисполнению вступившего в законную силу решения суда и возложении обязанностей по его исполнению,  судебная коллегия пришла к выводу о том, что данные требования не подлежат рассмотрению и разрешению в судах.
Между тем, суд первой инстанции не установил характер спорных правоотношений и разрешил заявленные требования в порядке административного судопроизводства с вынесением решения по существу, в связи с чем суд апелляционной инстанции обжалуемое решение суда первой инстанции отменил с прекращением производства по делу.
Апелляционное определение № 33а-2623/2020 

3. Факт привлечения иностранного гражданина к административной ответственности, сопровождающийся применением по отношению к нему санкционных мер в виде выдворения за пределы Российской Федерации путем контролируемого самостоятельного выезда  из  Российской Федерации и уклонение от исполнения данного административного наказания, в силу прямого указания закона является одним из оснований для отказа в выдаче разрешения на временное проживание в Российской Федерации.

Административный истец Ф. обратился с иском, в котором просил признать незаконным и отменить решение миграционного органа, которым ему отказано в выдаче разрешения на временное проживание в Российской Федерации и текста указанного решения; возложить на миграционный орган обязанность выдать истцу разрешение на временное проживание в Российской Федерации.
Требования мотивированы тем, что Ф., являясь гражданином Республики Таджикистан, обратился в УМВД России по Ивановской области с заявлением о выдаче ему разрешения на временное проживание в Российской Федерации, мотивировав его тем, что на территории России у него имеется семья и постоянное место жительства. В выдаче разрешения на временное проживание в Российской Федерации  административному истцу отказано на основании его привлечения 24 декабря 2015 года к административной ответственности по ч.3 ст.18.8 КоАП РФ с назначением наказания в виде штрафа с административным выдворением путем контролируемого самостоятельного выезда из Российской Федерации. Указанный отказ Ф. считает незаконным, поскольку после вынесения судебного постановления о выдворении в 2016 году он продолжил работать, выезд за пределы Российской Федерации он осуществил в 2018 году без какого-либо контроля.
Решением Фрунзенского районного суда г.Иваново исковые требования Ф. удовлетворены частично: решение УМВД России по Ивановской области об отказе в выдаче Ф. разрешения на временное проживание в Российской Федерации признано незаконным с возложением на миграционный орган обязанности по повторному рассмотрению заявления Ф.; в остальной части исковых требований отказано.
При рассмотрении судебной коллегией апелляционной жалобы УМВД России по Ивановской области установлено, что Ф.  должен был исполнить постановление по делу об административном правонарушении в виде административного выдворения путем контролируемого самостоятельного выезда из Российской Федерации в течение пяти дней после вступления в законную силу постановления суда, то есть до 17 января 2016 года включительно, что не было им исполнено в установленный законом срок. Ф. продолжал проживать на территории России, работал, на какие-либо обстоятельства, препятствующие его выезду с территории России он не указал, что свидетельствует об его уклонении от исполнения постановления суда что в соответствии с ч.2 ст.31.9 КоАП РФ, прерывает течение срока давности исполнения судебного решения. 
Судом первой инстанции при рассмотрении административного дела данные обстоятельства учтены не были, вывод суда о выезде административного истца с территории России после истечения сроков давности исполнения административного наказания являлся ошибочным, что послужило основанием для отмены решения в суда в указанной части и вынесения решения об отказе в удовлетворении требований. 
                                                       Апелляционное определение №33а-2509/2020

4. Постановление судебного пристава-исполнителя об окончании исполнительного производства является незаконным в случае неисполнения решения суда в полном объеме.

Административные истцы Б. и К. обратились в суд с административным иском, в котором просили признать незаконными постановления судебного пристава-исполнителя Фрунзенского РОСП УФССП России по Ивановской области об окончании исполнительных производств. 
Требования мотивированы тем, что судебным приставом-исполнителем вынесены постановления об окончании исполнительных производств в пользу Б. и К., возбужденных на основании исполнительных листов, выданных районным судом об обязании С. восстановить наружную сеть канализации с сохранением врезки канализации от здания в течение 5 месяцев со дня вступления решения суда в законную силу,  в связи с его фактическим исполнением. У судебного пристава-исполнителя отсутствовали основания для окончания исполнительных производств, поскольку решение суда в части обязанности С. восстановить наружную сеть канализации, исполнено не в полном объеме, поскольку отсутствует поворотный колодец КБ-2 на участке наружной канализации. 
Решением Фрунзенского районного суда г.Иваново заявленные Б. и К. требования оставлены без удовлетворения.
При рассмотрении судебной коллегией апелляционной жалобы административных истцов установлено, что судебный пристав-исполнитель в результате выхода на место совершения исполнительных действий не смог установить наличие канализационного колодца ввиду снежного покрова, установил только наличие металлической трубы, идущей вокруг здания  к земельному участку взыскателей и рабочего санитарно-технического оборудования в здании и посчитал, что решение суда исполнено в полном объеме, в связи с чем окончил исполнительное производство. 
Однако, исходя из приложенной к акту выхода на место совершения исполнительных действий фототаблице, визуально каких-либо препятствий для совершения исполнительных действий по установлению исполнения должником  требований исполнительного документа – наличия восстановленного канализационного колодца КБ-2 у судебного пристава-исполнителя на момент выхода на место совершения исполнительных действий не имелось. 
При  этом предметом исполнения являлось возложение на должника  обязанности по восстановлению положения, существовавшего до нарушения права административных истцов, путем восстановления наружной сети канализационных сетей с сохранением канализационного выпуска, в состав которой входят канализационные трубы и канализационные колодцы – КБ-1, КБ-2.
Отменяя решение суда первой инстанции, судебная коллегия пришла к выводу, что материалы дела не содержали доказательств наличия у судебного пристава-исполнителя на момент вынесения оспариваемого постановления оснований для окончания исполнительного производства по мотивам фактического исполнения требований, содержащихся в исполнительном документе, в полном объеме.
                                                    Апелляционное определение №33а-2728/2020

5. Применение системы налогообложения в виде единого налога на вмененный доход при расчете алиментов, подлежащих уплате должником, не исключает необходимости установления фактически полученного дохода индивидуальным предпринимателем, подтвержденного первичными бухгалтерскими документами. Бремя доказывания размера фактически полученного дохода лежит на самом плательщике алиментов.  

Административный истец М. обратился с административным иском, в котором просил признать незаконным постановление, вынесенное старшим судебным приставом Фурмановского РОСП Управления Федеральной службы судебных приставов по Ивановской области по результатам рассмотрения его жалобы на постановление судебного пристава-исполнителя Фурмановского РОСП о расчете задолженности по алиментам.
Требования мотивированы несогласием административного истца, являющегося должником по исполнительному производству, с действиями судебного пристава-исполнителя по расчету алиментов, поскольку указанный расчет не учитывает его статуса индивидуального предпринимателя, плательщика единого налога на вмененный доход для отдельных видов деятельности (далее также – ЕНВД), и полагает, что расчет алиментов произведен судебным приставом-исполнителем с нарушением требований законодательства, поскольку не учитывает фактический доход индивидуального предпринимателя. 
Решением Фурмановского городского суда Ивановской области  административные исковые требования М. оставлены без удовлетворения.
При рассмотрении судебной коллегией апелляционной жалобы было установлено, что сведения, отраженные М. в представленных судебному приставу-исполнителю в обоснование полученного дохода за оспариваемый период налоговых декларациях, книге учета доходов и расходов, не подтверждают сумму фактически полученного им дохода, определение размера которого необходимо для установления размера алиментных обязательств. 
Возможность представления надлежащих финансовых документов в целях определения фактически полученного дохода от ведения предпринимательской деятельности и исчисления алиментов у М. имелась, а представленные им налоговые декларации и книга учета доходов и расходов, причем, предусмотренная только для налогоплательщиков, применяющих упрощенную систему налогообложения с объектом налогообложения в виде доходов, уменьшенных на величину расходов, а не для плательщиков ЕНВД, не могут с достоверностью отражать размер действительного полученного дохода.
Судебная коллегия оставила решение суда без изменения, поскольку из книги доходов и расходов без документов первичной финансовой отчетности не представляется возможным установить фактически полученный М. доход и ввиду указанного расчет алиментов производится исходя из средней заработной платы в Российской Федерации на момент взыскания. 
Апелляционное определение № 33а-2506/2020 

СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА ПО ДЕЛАМ ОБ АДМИНИСТРАТИВНЫХ ПРАВОНАРУШЕНИЯХ
 
1. Выводы судьи о наличии существенных недостатков протокола об административном правонарушении, которые бы не позволили всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело об административном правонарушении, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Решением судьи Октябрьского районного суда г. Иваново отменено постановление начальника ИФНС России по г. Иваново, которым директор Общества подвергнута административному наказанию в виде административного штрафа в размере 5000 рублей за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 5 ст. 14.13 КоАП РФ, дело об административном правонарушении направлено на новое рассмотрение должностному лицу.
Решением судьи областного суда решение районного судьи отменено, дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд.
В ходе рассмотрения дела областным судом было установлено, что основанием привлечения директора Общества к административной ответственности послужил факт выявленных в ходе проведения проверочного мероприятия должностным лицом налогового органа нарушений, а именно не уплате Обществом в течение длительного времени (более трёх месяцев) обязательных платежей (налоги и сборы) в бюджеты всех уровней и государственные внебюджетные фонды. Также установлено, что на 01.03.2019 г. Общество имеет задолженность по уплате обязательных налоговых платежей и страховых взносов на обязательное пенсионное страхование в размере 4 785 868 рублей 31 копеек.
Отменяя постановление должностного лица, районный судья исходил из того, что протокол об административном правонарушении не содержит в себе определенности относительно времени и события административного правонарушения, что является препятствием для лица, в отношении которого ведется дело об административном правонарушении реализовать права, предусмотренные КоАП РФ.
Не соглашаясь с указанными выводами, судья областного суда отметил не соответствие выводов районного судьи фактическим обстоятельствам дела. Имеющийся в материалах дела протокол об административном правонарушении содержал перечисленные в ч. 2 ст. 28.2 КоАП РФ сведения, необходимые для разрешения дела, в частности, указаны дата правонарушения - 01.06.2019 г., сумма задолженности 4636872,65 рублей (без учета пени), лицо, которое обязано подать заявление о признании юридического лица банкротом, квалификация правонарушения.
Кроме того, суд второй инстанции полагал необходимым отметить, что согласно п. 4 ч. 1 ст. 29.4 КоАП РФ и правовой позиции, выраженной в п. 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2005 г. № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», в том случае, когда протокол об административном правонарушении составлен неправомочным лицом либо когда протокол или другие материалы оформлены неправильно, материалы представлены неполно, на основании п. 4 ч. 1 ст. 29.4 названного Кодекса необходимо вынести определение о возвращении протокола об административном правонарушении и других материалов дела в орган или должностному лицу, которыми составлен протокол. Определение должно быть мотивированным, содержать указание на выявленные недостатки протокола и других материалов, требующие устранения.
Указанное процессуальное действие должно быть выполнено только на стадии принятия  дела к рассмотрению. На иных стадиях производства по делам об административных правонарушениях возвращение протокола об административном правонарушении не допускается.
Таким образом, судья районного суда, при рассмотрении жалобы на постановление административного органа, при наличии существенных недостатков протокола, принимая во внимание, что на данной стадии невозможно возвращение протокола и соответственно его пересоставление, должен принять решение  по существу, в том числе с прекращением производства по делу об административном правонарушении. 
Решение по делу № 21-256/2020

2. Осуществление предпринимательской деятельности с использованием (эксплуатацией) взрывопожароопасных химически опасных производственных объектов I, II или III классов опасности в отсутствие соответствующей лицензии образует состав административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 14.1 КоАП РФ.

Постановлением главного государственного инспектора Ростехнадзора генеральный директор Общества признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного по ч.1 ст.9.1 КоАП РФ с назначением административного штрафа в размере 20 000 рублей.
Решением судьи Октябрьского районного суда г. Иваново указанное постановление должностного лица оставлено без изменения.
Судьёй областного суда решение судьи районного суда отменено, производство по делу прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ. 
В ходе судебного разбирательства установлено, что основанием для привлечения генерального директора Общества по ч.1 ст.9.1 КоАП РФ послужили выводы, изложенные в оспариваемых процессуальных актах, о нарушении им положений ч.1 ст.6, ч.1 ст.9 Федерального закона от 21.07.1997 г. № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов», п. 12 ч. 1 ст. 12, ч. 2 ст. 18 Федерального закона от 04.05.2011 г. № 99-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности», выразившихся  в осуществлении эксплуатации без лицензии на эксплуатацию взрывопожароопасных химически опасных производственных объектов I, II или III классов опасности, выполнение работ по транспортированию и использованию воспламеняющихся, горючих веществ – природного газа; использование (эксплуатация) на объектах оборудования, работающего под избыточным давлением 0,07 МПа воды при температуре нагрева более 115 °С. 
Не соглашаясь с таким решением, судья областного суда указал, что нормы, содержащиеся в ч.1 ст.9.1 КоАП РФ, предусматривают административную ответственность за нарушение требований промышленной безопасности или условий лицензий на осуществление видов деятельности в области промышленной безопасности опасных производственных объектов.
Вместе с тем, по настоящему делу об административном правонарушении генеральному директору Общества вменено осуществление предпринимательской деятельности с использованием (эксплуатацией) без лицензии на эксплуатацию взрывопожароопасных химически опасных производственных объектов I, II или III классов опасности.
Данное бездействие образует состав правонарушения, предусмотренный ч.2 ст.14.1 КоАП РФ, который влечет административную ответственность за осуществление предпринимательской деятельности без специального разрешения (лицензии), если такое разрешение (такая лицензия) обязательно (обязательна). 
Исходя из того, что составы административных правонарушений, предусмотренных ч. 2 ст. 14.1 и ч. 1 ст. 9.1 КоАП РФ, имеют разный родовой объект посягательства, переквалификация действий лица, в отношении которого велось производство по делу - невозможна.
При таких обстоятельствах, постановление должностного лица Ростехнадзора и решение судьи Октябрьского районного суда г. Иваново были отменены, а производство по делу прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ.
Решение по делу № 21-250/2020

3. При рассмотрении вопроса о привлечении лица к административной ответственности по ч. 3.1 ст. 12.5 КоАП РФ необходимо учитывать, что измерение светового коэффициента светопропускания стекол транспортного средства должно происходить, в том числе, в соответствии с правилами и инструкцией по эксплуатации измерительного прибора.

Постановлением инспектора ДПС ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по Ивановской области, оставленным без изменения решениями вышестоящего должностного лица и судьи Октябрьского районного суда г.Иваново У. привлечен к административной ответственности по ч. 3.1 ст. 12.5 КоАП РФ, с назначением административного наказания в виде административного штрафа в размере 500 рублей.
Решением областного суда вышеуказанные процессуальные решения отменены.
При проверке дела об административном правонарушении по поступившей жалобе областным судом установлено, что районным судьёй не соблюдены требования ст. 24.1 и ст. 26.1 КоАП РФ о всестороннем, полном и объективном выяснении обстоятельств дела при рассмотрении настоящего дела об административном правонарушении.
Из материалов дела усматривалось, что У. управлял автомобилем, на передних боковых стеклах которого нанесено покрытие темного цвета в виде пленки, ухудшающей видимость с места водителя, что не соответствовало требованию п. 4.3 Приложения № 8 к техническому регламенту Таможенного союза «О безопасности колесных транспортных средств» (вместе с «ТР ТС 018/2011. Технический регламент Таможенного союза. О безопасности колесных транспортных средств», утвержденному решением Комиссии Таможенного союза от 9.12.2011 г. № 877. 
Светопропускаемость передних боковых стекол составила 21%. Измерение светового коэффициента светопропускания стекол транспортного средства проходило с использованием измерителя «Блик». 
Оставляя постановление должностного лица без изменения, судья районного суда исходил из того, что факт совершения У. указанного правонарушения достаточно подтверждается протоколом об административном правонарушении с отражением в нем сведений о светопропускаемости пленки – 21% и замеров, произведенных измерительным прибором «Блик», а также пояснениями должностного лица - сотрудника ГИБДД. Однако судьей руководство по эксплуатации названного измерительного прибора и выполнение сотрудником полиции всех параметров его применения при замерах стекла  автомобиля У. исследовано не было.
В частности, в материалах дела об административном правонарушении отсутствуют сведения о документах, удостоверяющих надлежащее состояние измерительного прибора, в том числе подтверждающее своевременное прохождение им поверки, сведения о целостности пломбы, присутствии бирки с указанием очередной поверки прибора.
При вынесении постановления должностным лицом У. заявлял ходатайства об измерении температуры окружающего воздуха, атмосферного давления и влажности воздуха, а также толщины стекла его автомобиля. Должностным лицом ходатайства У. были оставлены без удовлетворения.
Однако из общедоступных источников информации известно, что прибор для измерения светопропускания стекол «Блик»  работает в диапазоне температур от  -10 °С до +40 °С, относительной влажности воздуха до 95%. Прибор может определять светопропускаемость стекол толщиной от 3 до 10 мм. Перед применением прибор прогревается, затем его калибруют.
Таким образом,  юридически значимые обстоятельства, влияющие на  наличие-отсутствие в действиях У. состава административного правонарушения, должностным лицом органов ГИБДД не выяснялись.
Кроме того, прибор для измерения светопропускания стекол «Блик» определяет коэффициент светопропускания в пределах 60-100%. Вместе с тем по результатам проведенного измерения светопропускаемость стекол автомобиля составила 21%, что выходит за пределы, определяемые прибором.
Данным обстоятельствам судьей не было дано оценки, у лица, производившего замеры, порядок определения светопропускаемости стекол не выяснялся, специалист о причинах показаний прибора, выходящих за пределы допустимых значений, не допрашивался. 
При таких обстоятельствах решение судьи Октябрьского районного суда вынесенное в отношении У. по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 3.1 ст. 12.5 КоАП РФ, отменено, дело возвращено в районный суд на новое рассмотрение.
Решение по делу № 21-199/2020

Отдел систематизации законодательства и аналитических обобщений